Китайские компании наращивают финансовые мускулы и выходят за пределы своей страны. Это видно повсюду, от проблемных банков Wall Street до заброшенных африканских шахт. Китайский капитал меняет правила игры, и некоторые эксперты уже говорят о перемещении исторических центров влияния в Азию с утомленного и почти не развивающегося Запада.
Аналитики Sunday Times задались вопросом, какие китайские компании окажут наибольшее влияние на глобальную экономику? Интересно также посмотреть, кто сегодня возглавляет эти компании. Выбирая первую десятку, они руководствовались такими критериями как финансовая мощь, поддержка государства и политическая прозорливость руководителей.
1. Промышленный и коммерческий банк Китая (Industrial and Commercial Bank of China - ICBC) осуществляет активную экспансию в другие страны с 2006 года, когда он привлек более $21 млрд., разместив акции на биржах Гонконга и Шанхая. Тогда это было крупнейшее в мире размещение.
Банк находится в авангарде экспансии Китая в Африку. В прошлом году он потратил более $5 млрд., чтобы стать главным акционером Standard Bank в ЮАР. Он также купил сеть филиалов Fortis Bank в Гонконге, инвестировал в Индонезию, планирует открыть филиалы в Сиднее и Дубаи.
Президент ICBC Цзян Цзяньцин (Jiang Jianqing), возглавляющий гигантскую структуру с 16 тысячами филиалов в Китае и 351 тысячей сотрудников, является классическим примером политической выживаемости. В 1970-х годов, во время "культурной революции" его направили проводить трудовую реформу в сельской местности. Когда ему разрешили вернуться в Шанхай, где он родился, он работал кассиром. Получив диплом университета и защитив диссертацию, он вошел в руководство банка.
Цзян входил в число менеджеров, управлявших реструктуризацией безнадежных ссуд банка, в какой-то момент составлявших более 30% его активов. Теперь он ставит перед собой цель увеличить долю деятельности ICBC за границей с нынешних 3% до 10% бизнеса банка.
2. Китайский банк развития (China Development Bank) является оплотом централизованного планирования в меняющемся финансовом пейзаже. Его менеджеры подотчетны государственному совету, кабинету министров Китая. Этот крупный страховщик облигаций в последние годы финансирует несколько крупных государственных проектов, включая небесспорную дамбу Three Gorges Dam, Shanghai Expo и объекты Олимпиады, которая пройдет в Пекине нынешним летом. Пока он предпринимает осторожные вылазки за границу, но источники в банковских кругах считают, что финансовая мощь позволяет ему стать крупным инвестором. Его поддерживает книга надежных займов, так как он кредитует по большей части китайские государственные структуры. В прошлом году он инвестировал 1,4 млрд. фунтов стерлингов в британский банк Barclays.
Президент банка Чэнь Юань (Chen Yuan) происходит из коммунистической аристократии. Его отец, Чэнь Юнь (Chen Yun), был главным экономическим планировщиком при Мао Цзэдуне. После окончания университета Чэнь прошел все ступени банковской иерархии и поднялся до поста заместителя управляющего Центробанка. Источники в западных банковских кругах говорят, что он стремится перенять за границей лучшие методы, привлекая в советники своего банка зарубежные аудиторские фирмы и консультируясь с бывшим председателем Федеральной резервной системы США Полом Волкером (Paul Volcker). Инвестиции его банк делает, только получив одобрение на высшем политическом уровне.
3. Страховая компания Ping An Insurance находится в эпицентре политических и экономических потрясений, связанных с ее планами привлечь до $17 млрд. через размещение акций на бирже, чтобы финансировать приобретения за границей. Ходят слухи, что одним из потенциальных объектов этих поглощений является британская страховая компания Prudential.
Недавно акционеры компании проголосовали за размещение. Однако Шанхайская биржа потеряла около 30% по сравнению с недавними высокими показателями, и на компанию оказывается политическое давление с требованием уменьшить объем размещения. Власти опасаются, что слишком большое количество размещений ослабит биржу. Размещение поддерживает британский банк HSBC, которому принадлежит 17% акций Ping An.
В центре конфликта находится президент компании Ма Минчжэ (Ma Mingzhe), закаленный боец, архитектор превращения Ping An в независимого страховщика и ее вывода из-под контроля китайских государственных банков, раньше являвшихся ее главным акционерами.
Ма, давний член компартии, имеет ученую степень и многолетний опыт управления политикой китайской финансовой системы. Он открыл двери Ping An иностранным инвесторам, решив, что участие HSBC, Morgan Stanley и Goldman Sachs жизненно важно для будущего компании. Она была в числе первых компаний, осуществивших успешное размещение в Гонконге. <
4. Брокер Citic Securities уже играет мускулами на Wall Street и, по некоторым сообщениям, ведет переговоры о покупке почти 10% в проблемном американском инвестиционном банке Bear Stearns. В октябре прошлого года компании договорились об обмене акциями на сумму $1 млрд., но с тех пор акции Bear Stearns потеряли 30% из-за кредитного кризиса, и теперь китайская компания хочет большего за свои деньги.
Источники в финансовых кругах Пекина называют Citic примером того, как китайские регуляторы и чиновники вмешиваются в ход коммерческих переговоров, отметая жалобы на то, что китайские инвесторы-неофиты тратят слишком много на переоцененные акции на иностранных рынках.
Однако Citic не новичок. Это крупнейшая в Китае брокерская компания по размеру активов, зарегистрированная на Шанхайской бирже в 2003 году.
Президент компании Ван Дунмин (Wang Dongming) тоже не слабак. До прихода в Citic он работал в отрасли ценных бумаг и заслужил восхищение мелких инвесторов, когда сумел за 15 месяцев поднять цену акций с 6 юаней до 98,5 юаней. Он знаток сложного переплетения взаимоотношений между китайскими рыночными регуляторами и крупными игроками, сделавшими состояния на том, что аналитики называют гигантским акционерным мыльным пузырем.
5. Компания China Mobile любит ошеломлять статистикой. У нее 376 млн. отечественных абонентов - больше, чем население США. Только в январе 2008 года она прибавила 7 млн. новых пользователей и стала крупнейшим в мире оператором мобильной связи.
Однако долгожданные перемены в телекоммуникационной отрасли Китая могут отвлечь руководство компании от планов зарубежной экспансии, так как огромный внутренний рынок требует нового поколения мобильных услуг. Скорее всего, господство China Mobile укрепится. Компания интересуется другими странами, но пока ее инвестиции ограничиваются приобретением пакистанского оператора Paktel в мае 2007 года.
Президент компании Ван Цзяньчжоу (Wang Jianzhou) дипломированный инженер. Он был в числе представителей китайской элиты, отправленных изучать бизнес в Гонконг. Свои первые посты он занимал в провинциальной телефонной бюрократии, и его считают образцом успешного игрока в сложном переплетении государственного и частного в китайском бизнесе.
Ван был генеральным директором China Unicom, сравнительно небольшой компании, конкурирующей с China Mobile, но в 2004 году перешел к конкурентам. С тех пор China Mobile поглотила рыночные доли всех своих конкурентов, и некоторые аналитики называют ее растущей монополией.
6. Крупнейший в Китае торговец сталью и железной рудой, компания Sinosteel Group, в настоящее время занята борьбой за австралийскую Midwest Corp, которая недавно отвергла ее предложение о поглощении за $1 млрд. Это предложение, сделанное компании, которая специализируется на разработке шахт, является очередным признаком стремления Пекина обеспечить себя сырьем в эпоху растущих цен.
Государственная компания Sinosteel является привилегированным импортером железной руды, которую она продает сталелитейным предприятиям. Но она инвестирует в добычу хрома в Африке, а также в руду и сталь в Индии. По сообщениям, она также подписала меморандум о взаимопонимании с канадской компанией Ditem Explorations, добывающей уран, и имеет совместное предприятие по добыче этого металла в Австралии. Ее влияние на рынках сырья в сфере поставок с компанией Baosteel, крупнейшим в Китае производителем стали.
Президент компании Хуань Тяньвэнь (Huang Tianwen) возглавил ее в 2003 году, получив партийное задание реструктурировать Sinosteel и превратить ее в двигатель индустриальной мощи. Он уволил более 1000 рабочих и закрыл 48 филиалов, получив от государственных СМИ титул "превосходного менеджера".Он нередко сопровождает президента Китая Ху Цзиньтао (Hu Jintao) в официальных визитах за рубеж.
Во многих отношениях Sinosteel остается непрозрачной государственной компанией старого образца. Хуань является партийным инсайдером, которому доверено формировать промышленную политику Китая.
7. Гигант с глобальными амбициями, компания PetroChina, привлекла внимание самого знаменитого иностранного инвестора Уоррена Баффета и наихудшую репутацию из-за своей деятельности в Судане. Баффет в прошлом году продал свои акции, сказав, что они адекватно оценены, но общественные деятели назвали это победой над аморальными коммерческими интересами Китая.
Это крупнейшая из трех нефтяных компаний Китая. Она интегрирует все сферы нефтегазовой деятельности, от разведки до розничной продажи. Жажда ресурсов приводит ее на самые трудные рынки планеты, и PetroChina утверждает, что по разведанным резервам уступает только ExxonMobil.
Компания только что отказалась от намерения купить за $400 млн. нигерийские шельфовые нефтяные участки у Shell. В 2005 году она заплатила более $4 млрд. за третью крупнейшую нефтяную компанию Казахстана. Она заявляет, что "сосредоточится на интернационализации", и непременно станет конкурентом традиционных хозяев энергетической отрасли. В прошлом году ее рыночная стоимость немного превысила $1 триллион
Президент Petro China Цзян Цземинь (Jiang Jiemin) имеет 30-летний опыт работы в нефтегазовой отрасли, но одновременно является политическим бюрократом, чья карьера представляет собой образец для амбициозного руководителя государственного предприятия. Поднимаясь по карьерной лестнице в отрасли, он одновременно получал назначения на партийные посты в провинции.
Когда акции PetroChina резко упали в цене, отчасти из-за государственного контроля над розничными ценами на топливо, он подвергся резкой критике со стороны мелких инвесторов. Однако ни общественное мнение, ни активность акционеров не влияет на руководителей, назначенных государством. Скорее всего, он так и останется инструментом расширения китайской энергетической империи.
8. Китайская инвестиционная корпорация (China Investment Corporation - CIC), знаменитый суверенный фонд, которому было доверено $200 млрд. из государственной казны в качестве начального капитала. Им руководят чиновники Центробанка и министерства экономики, назначаемые компартией, хотя лидеры Китая утверждают, что он может принимать самостоятельные коммерческие решения.
Компания инвестирует преимущественно в отечественный банковский сектор, но имеет два крупных пакета акций за границей. Она потратила $5 млрд. на покупку 9,9% Morgan Stanley и вложила $3 млрд. в американскую инвестиционную фирму Blackstone. Обе инвестиции показывают слабые результаты из-за ипотечного кризиса. Полагают также, что менеджеры корпорации делают небольшую прибыль на торговле китайскими железнодорожными акциями в Гонконге.
Фонд чувствителен к политическому вниманию за границей и острой критике в интернете со стороны китайских инвесторов, которые всегда готовы наброситься на него за ошибки. Но поскольку резервы Китая составляют $1,4 триллиона, у него достаточно сил, чтобы пережить плохую ситуацию на рынке.
Президент CIC Лоу Цзивэй (Lou Jiwei) - представитель новой китайской элиты. Он легко продвигался по ступеням карьеры в китайской бюрократии. Он входил в ключевую финансовую группу в аппарате правительства в ключевой для страны период 1980-х годов. Лоу руководил проведением макроэкономической реформы на провинциальном и государственном уровне и в итоге стал заместителем министра финансов.
Лоу неоднократно давал понять, что приобретения фондом политически и стратегически важных активов исключены. Нынешний заместитель министра финансов Ли Юн (Li Yong) недавно подтвердил это, заявив, что CIC не будет инвестировать в авиакомпании, нефтяные фирмы и телекоммуникации.
9. Когда компания Lenovo купила подразделение персональных компьютеров IBM, она стала символом дебюта Китая среди мировых брендов, совершив сделку, превратившую американский символ в китайский актив за $1,7 млрд.
Китай принял стратегически важное решение, разрешив Lenovo бороться за IBM. В сделках с западными транснациональными корпорациями Китай стремится добиться передачи технологий. В данном случае был приобретен источник технологий. После этого приобретения Lenovo создала в Пекине инновационный центр и вкладывает деньги в научную и конструкторскую деятельность. Для Китая речь идет о создании компаний национального значения, способных конкурировать с лучшими в мире. Очевидно, что Lenovo входит в число таких компаний.
Однако после исторического приобретения в Lenovo остается управленческой головоломкой. Ее крупнейшим акционером является китайское государство. Руководители компании находятся в Америке, Европе и Китае, а для многих потребителей ее бренд не имеет никакой связи с Китаем. Впрочем, некоторые американские аналитики в сфере национальной безопасности с подозрением относятся к Lenovo и ее китайским руководителям. Полагают, что Китай вкладывает большие суммы в подготовку к будущем кибервойнам.
Президент компании Ян Юаньцин (Yang Yuanqing) является дружественным бизнесу лицом китайских инвестиций и фанатом глобализации. Он считает Lenovo компанией-первопроходцем, которая постепенно становится международной структурой с пестрым составом работников и продукцией, которая обладает универсальной привлекательностью. Он подчеркивает, что руководство компании принимает самостоятельные решения, и Lenovo никоим образом не является рукой китайского государства. Возможно, он верит в то, что говорит.
10. Китайская государственная корпорация электрических сетей (China State Grid Corporation) является игроком, за которым стоит наблюдать из-за гигантской базы на внутреннем рынке и практически неограниченных ресурсов. Ее первым выходом за границу стали Филиппины, где она вошла в консорциум, получивший 25-летнюю концессию на управление национальными электрическими сетями, победив на тендере местный конгломерат San Miguel.
В Китае корпорация является крупнейшим поставщиком электроэнергии, снабжающим 1,3 млрд. человек. В ее управлении находятся электростанции и линии электропередачи по всей стране.
В настоящее время Лю Чжэнья (Liu Zhenya), ее президент с 2004 года, вынужден противостоять всеобщему возмущению, связанному с тем, что недавние снежные бури привели к отключениям электричества в городах и парализовали электрифицированные железные дороги.
Лю, имеющий диплом инженера, сделал карьеру в государственных электроэнергетических структурах и выглядит типичным китайским чиновником по всем параметрам. Однако наблюдатели отмечают, что у этого ветерана административной политики явно есть нечто большее, чем просто усердие. По мнению аналитиков, State Grid заинтересуется другими странами, куда она сможет экспортировать свои инженерные знания и дешевую эксплуатационную модель. Дорогостоящим конкурентам следует остерегаться.
