Проблема страхования культурных ценностей в том, что они не имеют цены


Тема Страхование имущества и рисков

Людмила Цветкова, Доцент Кафедры управления рисками и страхования МГИМО

Людмила Цветкова, Доцент Кафедры управления рисками и страхования МГИМОПроблема страхования культурных ценностей заключается в том, что объекты культуры невозможно восстановить после их утраты. Владельцы таких объектов больше заинтересованы не в страховании, а в обеспечении таких условий хранения и экспозиции, которые сделали бы подобный риск невозможным.

В чем проблема страхования культурных ценностей? В том, что, по сути дела, предметы культурных ценностей цены не имеют как объекты культуры. В качестве примера, для того чтобы понимать, какие здесь у нас проблемы, почему не имеется страховых продуктов... Не то, что у страховых компаний нет предложений по страхованию культурных ценностей. На то чтобы использовать эти предложения, нет спроса. Почему? Кто, по нашему с вами мнению, может быть заинтересован в сбережении культурных ценностей? Государство и как представители интересов государства: музеи, хранилища, депозитарии, которые фактически не распоряжаются, но владеют культурной собственностью, принадлежащей всему народу, принадлежащей государству.

Если рассматривать управляющих Третьяковской галереей или Эрмитажем или Русским музеем, в чем они заинтересованы? Они заинтересованы в том, чтобы с предметами искусства вообще ничего не произошло, а вовсе не в том, чтобы получить при гибели этих произведений некую финансовую сумму возмещения. Почему? Я повторяю, потому что это собственность государства. Что касается частных хранилищ и частных музеев, то это достаточно закрытая сфера потребителей. Никто особенно не кичится наличием и владением культурных ценностей высочайшего мирового уровня, во всяком случае в нашей стране.

Поэтому рассматриваем главных собственников культурных ценностей в нашей стране - это государство. В чем заинтересованы управляющие музеями и галереями? В том, чтобы с хранимыми культурными ценностями вообще ничего не произошло. Какова сейчас его судьба, знает кто-нибудь в зале? Этого творения сожженного, фактически 90% полотна было уничтожено. Никто из присутствующих не знает, чем дело кончилось? Из зала: «По-моему, его восстанавливали». Да, его восстанавливали, но ни один международный эксперт восстановленное полотно не признает полотном Рембрандта.

То есть это копия. Надо отдать должное советским реставраторам, они восстанавливали кисти из такой же щетины, какой писал Рембрандт, и замешивали краски, но все это в некотором смысле приближение. Это стоило очень больших денег, это очень дорогая работа (была бы, если бы это был не Советский Союз, где как-то совершенно по-другому производилась оплата подобных работ). Но я повторяю, восстановленное полотно не признается полотном Рембрандта, хотя оно висит в Эрмитаже и именно таким образом озаглавлено. И мы с вами понимаем, почему.

На этом примере повторю, что заинтересованные в сохранении культурных ценностей лица, в том числе государство, рассматривают эти ценности как невосстановимые. Официальных частных коллекций у нас фактически нет. А что делает страхование выставок и предметов культуры? Оно говорит: мы восстановим вам, естественно, не предмет культуры. Рафаэль, его произведения и произведения наших мастеров бессмертны, они невосстановимы в авторском виде. Мы восстановим вам ту сумму, которую вы бы получили на аукционе, если бы стали эту картину продавать.

Почувствуйте разницу: страхование культурных ценностей восстанавливает не собственно имущество, как бывает у нас, когда мы страхуем транспорт или дачи, или квартиры, - мы оплачиваем восстановление нашего имущества в том виде, в каком оно было до наступления страхового случая. Я повторяю, с культурными ценностями этого сделать нельзя. Поэтому здесь восстанавливается имущественный интерес, которому нанесен ущерб, потому что уже эту картину мы ни на каком аукционе не продадим. Такой интерес может быть в первую очередь у владельцев частных коллекций. Что касается государства, то здесь вопрос, как это говорит молодежь, творческий.

Можно предположить, что государственное учреждение получает от страховой компании выплату той суммы, которую можно было бы получить, выставив произведение на мировой аукцион. И на эти деньги оно приобретает возможность купить не это, а другое произведение искусства. Заинтересовано ли в таком страховании государство, или оно больше заинтересовано в том, чтобы обеспечить такие условия хранения и экспозиции, которые сделали бы подобный риск невозможным? Скорее всего как раз второе.

Теперь о страховании здоровья выезжающих с гастролями певцов и танцоров. Вы, по аналогии со страхованием культурных ценностей, понимаете, что если голос Монсеррат Кабалье утерян, его восстановить никаким образом нельзя. Это совершенно смешно - говорить о том, что страховая компания оплатит лечение. Во-первых, очень проблематично, что уникальные голоса в принципе можно пролечить. Во-вторых, если танцор растянул ногу или, сохрани Господи, сломал ее, то лечение этой «золотой» ноги будет ровно такое же, как и у любой другой ноги. Поэтому здесь, опять же, должно страховаться не само лечение, а утрата возможных доходов, утрата доходов от гастролей или расходы на компенсацию лицам, приобретшим билеты, в связи с тем, что концерт или представление стало невозможным.

Но все эти вопросы решаются таким образом, что только уже сидя в зале ты понимаешь, что у певца сел голос. Я сама была на гастролях Монсеррат Кабалье, было совершенно очевидно, что петь она не может, билеты стоили фантастических денег, и никому даже в голову не пришло, что можно остановить концерт и вернуть билеты. Потому что имеет место коммерческая составляющая, во всяком случае в нашей стране. Я думаю, что за рубежом приблизительно то же самое.

То есть когда мы говорим о культурных ценностях, мы говорим о вещах финансово невосполнимых. Почему распространено страхование культурных ценностей при выезде выставок за рубежом. Во-первых, потому, что там имеется привычка к тому, что деньги способны восстановить любой имущественный интерес. Там действительно подходят так, как я вам сказала: если у меня утрачена картина Пикассо, то я на деньги, полученные мною, смогу купить другую картину Пикассо, а не восстановить эту.

И все значительные культурные ценности, находящиеся за рубежом, заранее имеют свою оценку в каталогах Ллойдса. Заранее определяется и корректируется та цена, которая приблизительно равна аукционной цене продажи того или иного культурного произведения. Я не уверена, что наши все произведения искусства тоже занесены в эти каталоги с определенной стоимостью. Конечно, когда мы вывозим крупные государственные выставки за рубеж, там страхование присутствует в связи с требованием закона «О вывозе и ввозе культурных ценностей». Но здесь оно присутствует в силу вмененности, а не в силу того, что такой имущественный интерес действительно может быть восстановлен.

Источник: Мосинтерфин






ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ