В марте автомобилисты ожидали повышения стоимости полисов «автогражданки». Напомним, что страховые компании выступили с инициативой поднять тарифы до «экономически обоснованного уровня», то есть как минимум на 20%.
Минфин РФ попросил их обосновать свою позицию, и в феврале Всероссийский союз страховщиков представил в министерство 10 различных сценариев повышения тарифов с подробным их обоснованием. К сожалению, аргументы страховых компаний не были обнародованы. Сейчас Минфин приватно рассматривает все эти варианты, и пока неизвестно, какие конкретно новости ожидают автолюбителей.
По мнению члена Комитета по финансовому рынку Госдумы РФ Константина Шипунова, раньше лета полис ОСАГО не подорожает. Эксперт также уверен, что Минфин РФ вряд ли примет требования страховщиков и повысит цены сразу на 20%.
Во-первых, по его словам, все заверения страховщиков о том, что ОСАГО убыточно, опровергаются данными статистики. Так, за 2009 год компании собрали на российском рынке около 86 млрд рублей страховых премий, что на 7% больше, чем годом ранее. И это неудивительно, ведь парк автомобилей рос, несмотря на кризис. Объем выплат при этом составил 50 млрд рублей, что всего на 4% больше, чем в 2008 году. Выходит, кстати, что ездить мы стали – пусть и не намного, но аккуратнее.
Во-вторых, еще в конце декабря 2009 года были приняты поправки к закону об ОСАГО, которые ужесточили контроль за деятельностью страховых компаний. Теперь Российский союз автостраховщиков (РСА) может и даже обязан проверять расходы своих членов, включая размер агентских премий. Раньше подобные функции выполнял государственный Страхнадзор, но, видимо, в одиночку с такой ответственной задачей он не справился.
Еще в 2005 году федеральное правительство утвердило структуру ценообразования страхового полиса. Согласно закону, 77% должно было идти на текущие выплаты клиентам, 3% – на отчисления в резервы компенсационных выплат РСА, а 20% – на расходы по ведению дела. В эти самые 20% входили и затраты на содержание офисов, и агентские вознаграждения, и бюрократические процедуры, и информационное обеспечение, и т. п.
Но одно дело – на бумаге, а другое – в реальности. Страховые компании включали в цену полиса ОСАГО расходы на обеспечение своей деятельности. А поскольку эта цена ограничивалась законодательно, расходы по ведению дела росли именно за счет сокращения тех самых 77%, которые должны были идти на текущие выплаты. К слову, страховому агенту, нашедшему клиента для компании, могли заплатить от 30 до 50% стоимости полиса.
Пока страна жила в «нефтегазовом благополучии», все было более-менее нормально. Но с началом кризиса пошла волна банкротств среди страховых компаний, за которые РСА пришлось расплачиваться из того самого резервного фонда, в который все страховщики скидывались по 3% с каждого полиса. За последние четыре года с рынка исчезли 36 компаний, и 17 из них прекратили деятельность в 2009 году. По данным Константина Шипунова, в период с 2005-го по 2009 год из фонда автовладельцам выплатили 3,2 млрд рублей, причем 1,5 млрд пришлось на июль – ноябрь прошлого года.
Эксперты считают, что если бы страховой контроль не ужесточили, то деньги в фонде гарантий кончились бы уже к концу марта 2010 года. Упомянутые поправки в закон позволили направлять на выплаты по обязательствам обанкротившихся коллег средства из так называемого фонда текущих выплат. Из этих денег обычно компенсируют ущерб тем, кто пострадал от неустановленных лиц (например, если виновник ДТП скрылся с места происшествия) или от незастрахованных по ОСАГО автомобилистов.
В долгосрочной перспективе контроль позволит не только сократить количество банкротств, но и не допустить значительного роста цены полиса, уверен Шипунов. Но добиться снижения тарифов не удастся. Тем более что вместе с повышением страховой премии летом вырастут и лимиты выплат: до 500 тыс. рублей за гибель человека и до 200 тыс. рублей за ущерб автомобилю.
Кроме поправок, касающихся недобросовестных страховщиков, новый законопроект содержит еще два немаловажных пункта. Во-первых, теперь в законе об ОСАГО более четко прописано понятие «прямое возмещение убытков». Обратиться за возмещением убытка к своему страховщику вместо страховой компании виновника сможет не только водитель, заключивший договор об оказании услуг, но и все лица, вписанные в полис.
Во-вторых, теперь поставлена жирная точка в многолетнем споре автомобилистов и страховщиков о целесообразности учета износа деталей при расчете объема ущерба. Напомним, страховые компании утверждали, что нельзя оплачивать владельцу старого автомобиля полную стоимость новых деталей, так как это повышает рыночную стоимость машины. Автовладельцы, напротив, справедливо возражали: большинство деталей невозможно купить подержанными, а реальная стоимость ремонта «ветерана» часто намного превышает выплату страховщика. Три года назад Высший арбитражный суд встал на сторону автомобилистов, потребовав у страховых компаний платить по фактической стоимости ремонта. Но в конце 2010 года та же инстанция изменила свой взгляд на проблему, признав законной амортизацию деталей.
На основании этого решения Госдума РФ и приняла поправку в закон об ОСАГО. Правозащитники считают, что это результат работы страхового лобби, и призывают пострадавших автовладельцев обращаться в Конституционный суд. Но шансов отсудить у страховщиков возмещение товарной стоимости автомобиля немного. Дело в том, что законодательная новация слишком хорошо вписывается в государственную стратегию по поддержке российского автопрома.
Справедливости ради отметим, что подобная тенденция – общемировая. В большинстве развитых стран стремятся стимулировать покупку новых автомобилей, делая владение «ветеранами дорог» максимально невыгодным. Считается, что это преследует своей целью не только поддержку автоконцернов, но также улучшение экологического состояния окружающей среды.
