Для некоторых рынков последствия кризиса не всегда отрицательны. У банков появилась возможность задуматься над тем, как улучшить свой бизнес, и именно поэтому партнерство страховщиков и банкиров качественно изменилось.
С началом кризиса мы с некоторым удивлением заметили — несмотря на то что кредитовать банки стали меньше, доля рынка некоторых страховщиков в части страхования залогового имущества увеличивается, и связано это с серьезным перераспределением рынка в пользу крупных игроков. Проанализировав ситуацию, мы определили, что для банков на сегодняшний кризисный момент ценовой фактор менее важен, чем фактор надежности. Основным приоритетом при выборе страховщика является его репутация, подтвержденная платежеспособность, опыт работы.
Банки все лучше начинают понимать, что надежность страховой компании определяется объемом страховых резервов и качеством урегулирования убытков. Более пристально оценивается финансово-техническое состояние потенциального страхователя.
Надо отметить, что корректируется и поведение страховых компаний. Сейчас платежеспособные страховщики с крайней осторожностью и тщательной предстраховой экспертизой подходят к работе с имущественными объектами, принимаемыми на страхование. Кризис оголил узкие места большинства страхователей, и теперь рискозащищенность имущества является не фактором, влияющим на стоимость страхования, а основным условием принятия имущества на страхование или отказа в страховании. При этом страховщик всегда готов обосновать свою позицию в части рискозащищенности рассматриваемого объекта путем составления перечня превентивных мероприятий, выполнение которых позволит страхователю получить полис.
Партнеры банков — страховщики — столкнулись с увеличением количества заявленных убытков по всем направлениям имущественного страхования. Зачастую это было вызвано тремя причинами:
- отсутствие возможности у клиента выполнить свои обязательства по кредитному договору; в качестве единственного способа рассчитаться с банком, заемщик уничтожал заложенное имущество и рассчитывал на возмещение от страховщика;
- недовольство сокращенного персонала, а также тех, кому секвестрировали оклады и бонусы и т. п.; сотрудники стали либо более халатно относиться к выполнению своих обязанностей, либо просто мстили работодателю («случайное» замыкание электропроводки, прорванные трубы, непотушенные сигареты, попадание посторонних предметов в производственные линии и прочие системы и т. п.)
- экономия издержек собственниками или управляющими организации, в том числе на рискозащищенности объектов.
В структуре портфеля крупных страховщиков — основных игроков на финансовом рынке — произошли перемены. Увеличилась доля премии, приходящаяся на страхование банков в общей структуре банкострахования, в основном за счет снижения доли других видов банкострахования (розничного и корпоративного страхования залогов).
Борьба за привлечение клиента любой ценой завершается, и банки постепенно разворачиваются в сторону реального производства, в те секторы, где они могут оценить реальные бизнес-планы и перспективу развития бизнеса. Желанными активами в качестве залогового обеспечения стали не товарно-материальные ценности (ТМЦ) на складах, а средства производства реального сектора экономики (оборудование, производственные линии, здания заводов). Конечно, этот процесс пока идет медленно. И тут есть свои нюансы.
Раньше под залог банки брали все подряд, не особо обращая внимание на ликвидность. Страховщики в большинстве своем тоже страховали все, руководствуясь аргументом «мы принимаем на страхование любые объекты — и хорошие, и плохие, потому что мы сотрудничаем с банком в комплексе и рассматриваем его кредитный портфель как единый». Правда, мы, например, уже в 2007 году отказывали банкам в страховании объектов с плохой рискозащищенностью. И, как показала жизнь, были правы.
После экспертизы, проведенной профессиональными инженерами, оказалось, что половина портфеля, которая у нас была по ТМЦ, не соответствует разработанным нами критериям.
Почему начали именно с ТМЦ? Потому что мы сразу предположили, что в пик кризиса и невозврата платежей склады будут гореть. Ведь во время кризиса продукция, которая была высоколиквидной и принималась банком в качестве обеспечения залога, очень быстро при снижении платежеспособного спроса становится неликвидной. И чтобы рассчитаться с банком по кредиту заемщики будут выбирать самый простой способ — сжигать ее и получать возмещение от страховщика.
В целом ситуация со складами была удручающа. Мы отказались от пролонгации полисов на часть объектов, расторгли договоры с клиентами и уведомили об этом банки. Поначалу банки обвиняли нас в предвзятости. Но со временем они стали прислушиваться к нашим аргументам. Мы занимались «чисткой» складов. Ужесточив отбор клиентов, пристальней взглянув на кредитный портфель и задолженности, банки стали говорить нам спасибо.
Еще одна высоколиквидная категория залога, такая как автомобиль, стала малопривлекательна для банка, так как в период кризиса ее ликвидность сильно упала.
Благодаря совместной работе нам удалось предотвратить и предупредить банки о предполагаемом мошенничестве некоторых страхователей. Банки отказались кредитовать данных клиентов, а страховая компания уберегла себя от убытков.
Хотелось бы отметить еще одну тенденцию — отношения между страховщиками и банками стали действительно партнерскими. Страховщики с большим портфелем стали рекомендовать кредитоспособным банкам своих клиентов, которые в силу разных причин захотели сменить банк или пострадали от закрытия собственного банка.
В целом все вышеперечисленные тренды положительны как для банков, так и для страховых компаний, и для экономики в целом. Потому что страховщики отказались от страхования ненадежных клиентов, а банки этих клиентов не кредитуют, и появилась возможность сосредоточить совместные усилия на реальном секторе экономики, которому это необходимо.
Источник: журнал "Банковское обозрение"
