Вопросы несоответствия нормативно-правовой базы и сути регулируемых правоотношений остро стоят и в такой сфере страхования как перестрахование.
Суть этого бизнеса заключается в том, что страховые компании передают часть принятых ими по договорам страхования обязательств другим страховым организациям (другим страховым компаниям, имеющим лицензию на перестраховочную деятельность или специализированным перестраховочным компаниям), повышая тем самым свою емкость и финансовую устойчивость, т.к. происходящий крупный убыток в этом случае не остается тяжким грузом только на плечах страховщика, а будет в оговоренной при перестраховании доле скомпенсирован ему компаниями, принявшими риск в перестрахование. Но даже в сфере перестрахования, где все взаимоотношения строятся исключительно между профессиональными участниками страхового рынка, неполнота и несовершенство действующего законодательства приводят не только к спорам между участниками договоров перестрахования но, подчас, и к абсурдным судебным решениям, фактически легализующим схемы страхового мошенничества.
Директор Представительства «Национального перестраховочного общества» в Санкт-Петербурге Иван Морозов привел в качестве примера ситуацию, произошедшую совсем недавно в результате ухода с рынка очередной страховой компании. Вследствие банкротства компании-перестрахователя и в связи с просроченной задолженностью этого перестрахователя по оплате нескольких договоров перестрахования за период, в течение которого эти договоры действовали к моменту объявления о банкротстве, компания, выступавшая в качестве перестраховщика по данным договорам, обратилась в арбитражный суд с требованием о включении ее в реестр кредиторов банкротящейся компании. Фактически, это была формальная процедура, т.к. было известно, что совокупный объем даже первоочередных обязательств банкрота значительно превышал его активы. Но судебный вердикт по данному делу привел истца в состояние полного недоумения. Суть этого решения сводилась к тому, что к моменту объявления о ликвидации компании-банкрота все договоры перестрахования, задолженность по которым предъявлялась, уже прекратили свое действие, а принудительно взыскать премии после прекращения договора невозможно. С момента прекращения договора, по мнению судьи, все обязательства сторон полностью прекращаются. Причем, согласно Определению арбитражного суда, это касается не только договоров перестрахования, но и договоров страхования тоже. Если следовать данному судебному решению в качестве прецедента, становятся легальными с правовой точки зрения несколько вариантов страхового мошенничества.
Так, получается, что страхователю достаточно заплатить только первый взнос за страховку, и он может не уплачивать оговоренную в договоре премию полностью. Недобросовестная страховая компания может вообще не уплачивать перестраховочную премию перестраховщику, т.к. договор перестрахования (согласно обычаям делового оборота) является консенсуальным, то есть он вступает в силу с согласованной сторонами даты вне зависимости от момента уплаты перестраховочной премии. Этим решением перестрахование превращается в безвозмездное, и соответственно, должно перестать существовать как вид бизнеса. Наконец, то, что затрагивает уже интересы каждого, - окончание договора прекращает ВСЕ обязательства сторон. "Значит, если страховщик или перестраховщик сумеет банально протянуть время рассмотрения выплатных документов до окончания договора или просто расторгнуть договор, то он не обязан производить никаких выплат!" – объясняет Директор Представительства «Национального перестраховочного общества» в Санкт-Петербурге Иван Морозов.
"Таким образом, приходится констатировать, что российское законодательство в области перестрахования является столь неполным, что даже судебные прецеденты могут его не столько дополнить, сколько создать проблемы для страхового рынка в целом", - замечает эксперт.
Еще ранее, анализируя неполноту отечественного законодательства, "Национальное перестраховочное общество" предложило проект "Конвенции об общих понятиях, принципах и обычаях в перестраховании", как инструмент, позволяющий восполнить пробелы в законодательстве, создав обычаи делового оборота, что допускается ГК РФ. Этот документ был представлен на Ноябрьских встречах в 2005 г. в Москве. Комитет ВСС по перестрахованию поддержал идею, и была создана рабочая группа, в которую вошли представители нескольких страховых компаний. Но довести до подписания документ, к сожалению, не удалось, в связи с переменами в Комитете ВСС по перестрахованию.
Тем не менее, понимая необходимость подобного документа, участниками рабочей группы предпринимались попытки дальнейшей доработки данного проекта и вынесения его к подписанию. В частности, проект был представлен на очень уважаемом страховом сайте, а «Национальное перестраховочное общество» и Университет Экономики и Финансов при информационной поддержке Shadursky Promotion провели в марте 2007 г. круглый стол на территории ФИНЭКа, посвященный этому проекту. Но реальное участие в работе над проектом приняли всего 5 компаний: входившие в состав рабочей группы по доработке проекта компании (в алфавитном порядке) «Гефест», «Капитал-Перестрахование», «Московское перестраховочное общество» и «Национальное перестраховочное общество» и не входившая в рабочую группу, но представившая конструктивные замечания и предложения компания «АСК-Петербург».
"5 компаний из многих сотен… Если мы и дальше будем так относиться к решению общих проблем, то не только перспективы выхода российского перестрахования на мировой уровень, но даже и перспективы существования самого отечественного страхования как сектора российской экономики окажутся достаточно негативными. Но если российское страховое сообщество осознает, что общие проблемы надо и решать сообща и, при этом, проявит достаточно воли для выработки совместных решений по проблемным вопросам, то перспектива превращения России в крепкого середняка на международном рынке перестрахования становится вполне реальной в обозримом будущем", - заявляет директор Представительства «Национального перестраховочного общества» в Санкт-Петербурге Иван Морозов.
