После почти десятилетних дискуссий о путях реформирования пришедшей в упадок системы здравоохранения Грузии правительство приняло решение передать ее в ведение частного сектора. Это решение вполне соответствует генеральной линии грузинских властей, активно опирающихся на рыночные механизмы в процессе реформирования, некоторые обозреватели выражают обеспокоенность, как это в итоге отразится на доступности медицинского обслуживания.
Вряд ли кто станет спорить, что правительство само не в силах обеспечить поддержку громоздкой системы здравоохранения, оставшейся в наследство с советских времен. По официальным данным, из имеющихся в стране 16455 больничных коек заняты сегодня менее 30%, а почти все из 250 учреждений здравоохранения нуждаются в ремонте и переоборудовании.
Согласно проекту под названием "100 больниц", частные компании, главным образом застройщики и фармацевтические компании, получат в свои руки государственные больницы с обязательством провести в них ремонт и переоборудование и предоставлять услуги на более высоком уровне. Денег с них государство за это не берет.
Согласно программе, официально стартовавшей в конце 2007 года, инвестор получает несколько объектов, из которых обязуется отремонтировать минимум одну больницу в крупном населенном пункте. Требований отремонтировать все больницы не предъявляется. При таком подходе правительство планирует сократить общее количество больниц в Грузии до 100, а больничных коек – более чем вдвое, доведя их число до 7800 единиц. Реформа также предусматривает превращение узкоспециализированных лечебниц в широкопрофильные медицинские учреждения.
На данный момент в Грузии приватизированы все больницы, за исключением четырех, которые государство намерено оставить в своем ведении.
По мысли правительства, превращение общественного здравоохранения в бизнес приведет к повышению конкуренции, пациенты получат больше возможностей получить лечение, а расходы государства сократятся (что тоже немаловажно).
По словам министра труда, здравоохранения и соцзащиты Квиташвили, на сегодняшний день государство тратит на поддержание системы здравоохранения порядка 250 млн. лари (около 176 млн. долларов). Общие бюджетные расходы страны на 2008 год составляют 5,2 млрд. лари (около 4,16 млрд. долларов).
Частные фармацевтические компании ежегодно вкладывают в систему здравоохранения Грузии от 250 до 300 млн. лари (порядка 176-211 млн. долларов), отмечает он.
По оценкам Квиташвили, еще 450-500 млн. лари (порядка 317-352 млн. долларов) "вращаются в системе здравоохранения в виде неофициальных выплат медработникам, но эти средства не могут быть направлены на финансирование переоборудования медицинских учреждений. Как собирались эти данные, он не пояснил.
Уплата гонорара "в карман" является наследием с советских времен, когда пациенты платили врачам щедрое вознаграждение в дополнение к скромным госзарплатам.
Эта практика, сохранившаяся и поныне, обросла и другими сомнительными методами. "Если у вас бывает, скажем, 10 пациентов в день, вы записываете в журнал пять, а другие пять не регистрируете и берете с них деньги, но меньше, чем им пришлось бы заплатить в официальном порядке", – рассказывает Квиташвили.
Правительство полагает, что подобные тайные выплаты уйдут в прошлое, когда врачи и медсестры будут получать более высокие зарплаты в частных клиниках. Согласно официальной статистике, грузинские врачи зарабатывают в месяц среднем порядка 700 лари (около 492 доллара), а медсестры – всего 200 лари (около 140,7 долларов).
Как сообщает министерство здравоохранения, с начала реализации программы приватизации доходы клиник повысились в 25-35 раз, а средние зарплаты врачей и медперсонала выросли в 20-25 раз.
Владелец одной стоматологической клиники в Тбилиси, однако, сомневается, что изменение формы собственности сократит неофициальные выплаты. "Наша клиника платная. Тем не менее, нам приходится искать обходные пути, потому что налоги слишком высоки, и пациенты не могут столько платить за услуги", – сказал нам этот человек, попросивший не разглашать его имени.
Министерство экономического развития осуществляет контроль над процессом приватизации. По мнению министерства, справиться с этой проблемой поможет сокращение налогов. В течение пяти, лет начиная с 2008 года, в стране предполагается поэтапно сократить налог на прибыль для предприятий с 25 до 15 процентов. Медицинские учреждения в Грузии не являются бесприбыльными предприятиями и не пользуются соответствующими налоговыми льготами, как это принято в других странах.
Второй частью программы является система частного медицинского страхования. В роли третьей стороны, осуществляющей выплаты за услуги, предоставляемые пациентам поставщиками медицинских услуг, будут выступать страховые компании, а не государство.
На сегодняшний день государство покрывает расходы на медицинское обслуживание при помощи частных страховых компаний для примерно 300 тыс. социально незащищенных категории граждан, которые не могут позволить себе платить ежемесячный страховой взнос в размере 15-20 лари (от около 10,55 до чуть больше 14 долларов).
Государство, однако, будет и впредь выделять средства на программы медицинского обслуживания для лиц, страдающих ВИЧ/СПИДом и туберкулезом, для новорожденных, больных инсулинозависимым сахарным диабетом, а также для пациентов, нуждающихся в процедурах диализа и химиотерапии.
Правда, организация по борьбе с коррупцией "Транспаренси Интернэшнл", осуществляющая наблюдение за ходом реализации программы, отмечает наличие в ней ряда проблемных мест. Организация опасается, что при отсутствии должной системы регулирования инвесторы могут заменить различные базовые медицинские услуги такими, которые сулят большую выгоду в финансовом плане.
"В итоге сельские жители могут остаться без доступа ко многим базовым медицинским услугам", – полагает директор программы "Транспаренси Интернэшнл – Грузия" Нина Хатискаци.
Замминистра экономического развития Вахтанг Лежава не согласен с подобным взглядом на вещи. По его словам, реформа гарантирует, что для 80 процентов населения базовое медучреждение будет находиться на расстоянии 30-минутной поездки транспортом. Лишь жителям удаленных поселений в малонаселенной сельской местности придется добираться до больницы дольше, отмечает он.
Согласно же мнению представителей организации "Транспаренси Интернэшнл", не существует механизмов, обеспечивающих предоставление инвесторами минимального медицинского обслуживания. По условиям купли-продажи, покупатели должны сохранить клинику на месте приобретаемого медицинского учреждения в течение семи лет. По истечении же этого периода они могут использовать это здание на свое усмотрение.
"По истечении семи лет новый владелец может превратить больницу в любое другое предприятие, – подчеркивает Хатискаци. – Если это случится, инвестор не обязан ничего компенсировать правительству или окрестным жителям".
Министр же Квиташвили полагает, что подобный исход противоречит деловой логике. "Если вы в течение семи лет владеете больницей, зачем вам перепрофилировать ее во что-то другое? – вопрошает он. – Если же у медучреждения постоянно не былвает пациентов и оно приносит убытки, это означает, что в данной местности спрос на медицинские услуги недостаточен и потребители медицинских услуг будут обращаться за помощью в другое учреждение".
Поскольку реформа ставит своей целью уравновесить реальный спрос и чрезмерное предложение, то ожидается сокращение кадров. Это явление наблюдается и в других приватизированных грузинских компаниях. 2 мая персонал одной частной клиники в Зугдиди организовал акции протеста против решения руководства о сокращении штатов. Некоторые граждане, многие из которых убеждены, что государственное медицинское обслуживание является абсолютно естественным явлением, также не слишком рады коммерциализации системы здравоохранения.
"Медицинское обслуживание – это не магазин одежды, – говорит 50-летняя тбилисская домохозяйка Нана Дидебулидзе, страдающая инсулинозависимым диабетом. – Здесь нельзя просто перейти улицу и пойти в другой магазин, если в первом вас не устроили цены или качество".
С точки же зрения правительства, целью реформирования является как раз расширение возможности выбора для граждан. В конечном итоге конкуренция создаст для людей возможность выбора, утверждает Квиташвили. "Это диктуется практическими, прагматическими соображениями", – подчеркивает он.
