Страхование опасных объектов: взгляд страховщика


Тема Экологическое страхование

Михаил Мумин, Андрей Тарасов, ОАО «РОСНО». Опубликовано в журнале "Страховое ревю" №8(148)/2006

Настоящей статьей начинается цикл, посвященный страхованию гражданской ответственности владельцев объектов, представляющих повышенную опасность для окружающих, в том числе для окружающей природной среды, и проблемам, связанным с развитием обязательного страхования в промышленности. Необходимость обсуждения вопросов данной тематики возникла прежде всего в связи с рассмотрением Госдумой законопроекта «Об обязательном страховании гражданской ответственности за причинение вреда при эксплуатации опасных объектов».

Во избежание неточностей и неоднозначных трактовок необходимо предварительно определиться, о чем пойдет речь. Страховщикам и юристам это может показаться скучным и очевидным, но для специалистов, не имеющих прямого отношения к страхованию, но интересующихся этой проблематикой, основные положения необходимо знать, чтобы ясно представлять правовой механизм.

Специфика страхования гражданской ответственности предприятий-владельцев источников повышенной опасности, составной частью которых являются опасные объекты, заключается в том, что они всегда несут ответственность за причиненный таким источником вред. Кроме случаев, когда доказано, что вред причинен в результате умысла потерпевшего, или действия обстоятельств непреодолимой силы (когда невозможно ни предвидеть, ни предотвратить действие таких обстоятельств), или если объект выбыл из обладания владельца путем противоправных действий сторонних лиц. Так гласит ст. 1079 Гражданского кодекса РФ. Периодически мы будем к ней возвращаться.

Причинение вреда иному лицу является основанием для возникновения гражданских прав и обязанностей. Лицо, имущественное право которого нарушено, приобретает право требования возмещения понесенного им вреда от лица, виновного в его причинении (если иное не предусмотрено законом). В том числе при нарушении вещных прав (объектом которых являются вещи и имущественные права) и нематериальных благ (объектом которых являются жизнь, достоинство личности). Это положения ст. 1064 ГК РФ.

Субъектами страхового правоотношения здесь являются: страхователь — юридическое лицо (владелец источника повышенной опасности); и страховщик — юридическое лицо, созданное для осуществления страховой деятельности, зарегистрированное в установленном порядке и обладающее соответствующей лицензией. Эти субъекты страхования являются сторонами страхового обязательства, т.е. сторонами договора страхования.

Российское законодательство установило для владельцев источников повышенной опасности жесткие требования при возникновении обязанности возместить вред, в том числе при возникновении гражданской ответственности «без вины», о чем было сказано выше. И это, безусловно, должно учитываться при обеспечении страховой защиты населения и территории субъектов Федерации от промышленных аварий и техногенных катастроф.

В силу установленного законодательством права потерпевшего на возмещение вреда в полном объеме, а также вследствие возникновения у причинителя вреда обязанности его возмещения, у владельца источника повышенной опасности естественным образом появляется имущественный интерес, связанный с его возможными, потенциальными расходами по исполнению обязательства возместить причиненный вред.

Следовательно, объектом страхования гражданской ответственности предприятий-источников повышенной опасности служит только имущественный интерес, связанный с обязанностью владельца этого источника в силу гражданского законодательства возместить вред, причиненный третьим лицам.

Это и есть основа страхования гражданской ответственности за вред, причиненный в результате аварии. От этой основы мы и будем отталкиваться. Иные виды правовых отношений, как, например, не имеющие деликтности, могут относиться только к иным видам страхования.

Обычно, подчеркивая актуальность данной проблемы, приводят информацию о том, как много на территории Российской Федерации различного рода опасных объектов, которые постоянно представляют угрозу для окружающих. Пока число этих объектов точно сосчитать никто не смог.

Различные надзорные и контролирующие органы периодически выдают приблизительные данные, которые отличаются друг от друга и особенно отличаются от данных, приводимых многочисленными промышленными экспертами. По официальным же сведениям соответствующего компетентного органа, то есть Ростехнадзора, только опасных производственных объектов (ОПО) на конец 2005 года насчитывалось около 220 тысяч. Это не говоря о гидротехнических сооружениях (ГТС), которых, согласно соответствующему госреестру, насчитывается более четырех с половиной тысяч.

Итак, 220 тысяч объектов. Много это или мало? В масштабах страны, скорее всего, немного. Но если представить, что хотя бы 10% из них в течение месяца могут запросто «рвануть» и за это кому-то придется заплатить, то мало уже не кажется.

В этой связи и возник вопрос об обязательном обеспечении финансовых гарантий возмещения вреда окружающим в результате аварии на промышленных объектах. Особенно актуальным он стал, когда все участники рынка страхования гражданской ответственности источников повышенной опасности не обнаружили эффективного механизма обеспечения промышленной безопасности после вступления в силу Федерального Закона «О промышленной безопасности» (№116-ФЗ от 21.07.1997) в части ст. 15 и соответствующих Стандартных правилах страхования, утвержденных ВСС в феврале 1998 года. Аналогичная ситуация с законом «О безопасности гидротехнических сооружений» (№117-ФЗ от 21.07.1997) добавила актуальности этому вопросу.

Казалось бы, всем должно было стать хорошо. Страховщики расширяют свой бизнес, предприятия получают защиту своих имущественных интересов, а все остальные — своевременное и полное возмещение понесенного вреда. Нагрузка на государственный бюджет должна была снизиться на сколько-то миллиардов. По крайней мере, об этом говорилось в сопроводительных информационных документах к законопроекту, который впоследствии и стал законом №116-ФЗ.

Однако почему-то все получилось с точностью до наоборот. Предприятия остались с покрытием, но, в основном, без выплат. На это есть две основные причины.

Первая — риски крайне маловероятны. Представьте вероятность поломки стационарно установленного грузоподъемного механизма, т.е. лифта, умноженную на вероятность нахождения в этом лифте (причем, как правило, режимной организации) третьего лица, не находящегося со страхователем в трудовых отношениях, умноженную на вероятность того, что в результате этой поломки этому третьему лицу будет причинен вред. Теоретически такое возможно, но…

Вторая причина — хочешь — не хочешь, но разбираться надо через суд. Так в правилах написано. А этого страхователи боятся, как огня, и всячески стараются избежать.

Потерпевшие также остались в стороне от страховых выплат, потому что нет суда — нет и страхового случая. Нужно обращаться не к страховщику, а непосредственно к причинителю вреда в рамках гл. 59 ГК РФ.

Страховщики, особенно «рыночники», в большинстве своем понесли убытки в связи с содержанием неокупаемого штата специалистов по страхованию ОПО. А специалисты «расстрельной» должности по страхованию ОПО стали переквалифицироваться кто во что смог. С этого момента, собственно, и начинается история вопроса об обязательном страховании гражданской ответственности опасных объектов.

Уже через полтора-два года после вступления законов в силу специалисты МЧС, а затем Министерства природных ресурсов (МПР) и ряда иных ведомств, нужно отдать им должное, совершенно справедливо заявили о том, что страхование ОПО неудовлетворительно решает поставленные перед ним задачи. Вернее, не решает их вообще.

Минимальные страховые суммы недостаточны, система тарификации несовершенна, сам перечень страховых случаев крайне ограничен. Страхование предусмотрено обязательное, но лицензии у страховщиков только как на добровольное. Значит, затраты по таким договорам страхования относятся только на прибыль, а не на себестоимость продукции. И много чего другого.

Нужно было или менять то, что есть, или создавать что-то другое, лучшее. Но организационная структура страхования ОПО оказалась настолько простой, понятной и эффективной в применении, что менять в ней что-то просто не представлялось необходимым. Для проведения тарификации не требуются экспертные заключения, услуги актуарных структур, сюрвейеров и аджастеров. Возникающие проблемы методического характера оперативно и эффективно решаются Ростехнадзором в лице НТЦ «Промышленная безопасность», причем как со страховщиками, так и со страхователями.

Следовательно, оставался вариант кардинальной альтернативы. Она появилась, причем сразу в двух экземплярах: МПР резко активизировало работу над уже забытым и неоднократно отклоненным в свое время Правительством законопроектом «Об обязательном экологическом страховании»; а МЧС предложило свой вариант обязательного страхования.

Проблемы начались сразу и в большом количестве. Страховать гражданскую ответственность владельцев чего? Если ОПО, то добро пожаловать в Госгортехнадзор. Если источника повышенной опасности (ИПО), то, учитывая содержание ст. 1079 ГК РФ, с транспортом, ядерными и энергетическими объектами и прочим получается очень громоздко. При этом количество заинтересованных ведомств сразу увеличивается в геометрической прогрессии. У каждого своя сфера влияния с вытекающими последствиями. Тогда и был предложен вариант — создать новую правовую категорию, куда ввести только то, что нужно (или можно). Так появилось понятие «Опасные объекты», куда вошли АЗС, ОПО и ГТС. Основания: законопроект подготавливается во исполнение вышеуказанных федеральных законов №116-ФЗ и №117-ФЗ. Все логично.

Можно поспорить о новизне самого понятия «опасные объекты». Если открыть правовую консультационную систему «Гарант» или «Консультант Плюс», то «опасные объекты» давно существуют, только они «подводно расположенные». Конечно, и с ними могут быть связаны аварии и даже катастрофы. Тут уместно вспомнить легендарный айсберг, из-за которого погибло почти полторы тысячи человек с «Титаника». И все же это очень ограничено. В конечном итоге, право законодателя — называть опасные объекты «опасными объектами». Главное, чтобы это не нарушало уже существующих законов. Хотя даже если что-то будет нарушаться, то, опять-таки, существует право законодателя это что-то изменить или вообще отменить, чтобы не нарушалось.

Кроме того, назвать опасными объектами гидротехнические сооружения не совсем логично. В ст. 3 Федерального закона № 117-ФЗ они, т.е. ГТС, называются защитными сооружениями. В связи с чем не очень ясно, может ли защитное сооружение считаться «опасным объектом» и нужно ли такое защитное сооружение, которое само представляет повышенную опасность?

Те варианты законопроекта, которые выходили из стен МЧС до 2002 года, предположительно, писались специалистами самого МЧС. Очень хорошими специалистами-спасателями. Но, по всей видимости, далекими от юриспруденции и собственно страхования. Поэтому обсуждение тех проектов не будет носить конструктивного характера.

Своевременное появление в группе разработчиков страховщиков и юристов кардинальным образом изменило законопроект в лучшую сторону как по структуре, так и по терминологическому наполнению. Появились понятные страховщику определения «страховщика», «страховой суммы», «выгодоприобретателя». На каком-то этапе даже отделили «страхователя» от «застрахованного».

В итоге проект вышел на качественно более высокий уровень и, пройдя несколько итераций, к 2002 году был готов к внесению в Государственную думу РФ. Около трех лет он мигрировал по ее комитетам, порождая противников и союзников, объединяя и разъединяя их. И лишь в ноябре 2005 года, набрав должное количество рекомендаций и одобрений, он был внесен в Думу, а 16 декабря 2005 года успешно прошел первое чтение.

Ко второму чтению, ожидаемому осенью 2006 года, законопроект должен выйти со значительными изменениями. Они коснулись не только финансовой составляющей, но и существенных условий страхового покрытия, принципиально изменив структуру законопроекта. Он стал выглядеть более жизнеспособным.

В большей мере этому способствовала деятельность созданного в июле 2005 года Национального союза страховщиков ответственности (НССО), в который вошли 23 страховщика. Следует отметить, что, помимо отечественных рыночных страховых компаний, таких, как РОСНО, «Стандарт-Резерв», «РЕСО-Гарантия», «Согласие», в разработке проекта приняли активное участие крупнейшие кэптивные компании-члены Ассоциации страховщиков топливно-энергетического комплекса. Это «СОГАЗ», «КапиталЪ Страхование», «Энергогарант», «Нефтеполис» и т.д.

Дальнейшую историю законопроекта или закона нам еще предстоит узнать в недалеком будущем. В следующей статье мы расскажем о проблемах, возникших при подготовке законопроекта ко второму чтению Государственной думы.






ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ