Нужно любить зарабатывать деньги


Тема Прогнозы и тенденции рынков

Александр Солоп, управляющий акционер «Арсенал Страхование»

Александр Солоп, управляющий акционер «Арсенал Страхование»— «Саша, мы с тобой давние друзья и партнеры в бизнесе, и вроде бы и так все знаем друг о друге. Но тем не менее… Мы слишком много работали и никогда не имели времени просто поговорить о жизни», — начала беседу Марина Авдеева, управляющий акционер «Арсенал Страхование».

— «6 лет назад, мы с партнёрами, покинули позиции наемных менеджеров и, рискнув всем что у нас было, начали развивать свой собственный бренд — «Арсенал Страхование». Вместе с нами это сделали и 150 членов нашей команды. Думаю, это была громкая история на страховом рынке и все её хорошо помнят. И сегодня я, наконец, хочу наверстать упущенный момент. Я задам тебе вопросы, которые интересуют и меня, и, уверена, всех наших ребят из компании, ну и не только их».

— Первый вопрос такой. Сейчас ты — управляющий акционер одной из крупнейших украинских компаний. Но это сейчас. А с чего начался твой путь в бизнес?

— Путь эволюции был достаточно длинным. Хочется много рассказать на эту тему, но сразу отмечу, в первую очередь, это не самоцель и не конечная точка, к чему я стремился. А началось всё с детства — я начал активно интересоваться деньгами очень рано. Я всегда хотел зарабатывать, хотел самостоятельности, в какой-то мере независимости от всех. Этот стимул неосознанно привел меня к тому, что в 13-летнем возрасте я начал заниматься продажей газет на улице.

— Я знаю эту историю, она мне очень нравится. Это был твой первый предпринимательский опыт?

— Нет, первый был еще интереснее. У меня была печатная машинка, я брал газету с телепрограммами, печатал их вручную и ходил продавать по 50 копеек. Потом мне кто-то подсказал, что можно продавать газеты, и это упростило процесс. Т.е. я занимался еще и совершенствованием процессов за счет общения и подсказок окружающих людей. Забирать газеты, вернее выкупать их, надо было в типографии. Для этого я просыпался в 4 утра и самостоятельно ехал через весь город, а жил я в Луганске, стоял в очереди и продавал на центральном рынке, проводя так все свои выходные. Там собирались такие же молодые ребята. Эта предпринимательская жилка подстегивала и направляла меня. Мне нравилось зарабатывать, нравилось тратить. Причем особых потребностей тогда не было, все, чего я хотел, это покупать «жвачки», хотя уже зарабатывал больше своих учителей в школе.

После переезда родителей в Киев начался период, когда я не работал, а учился. Отец занимал должности в банках, работал исполнительным директором в концерне «Денди». Я прошел небольшую стажировку в банке, но не считаю это частью своей карьеры. Хотя опыт небольшой получил, позволивший, по крайней мере, сориентироваться в дальнейшем направлении деятельности. Я пошел по этому направлению учиться в КНЭУ им. Вадима Гетьмана, который и закончил. Работать начал уже с третьего курса. Работу нашел сам, обратившись в агентство по трудоустройству, причем устроился не с первого собеседования. Эта работа была для меня больше стажировкой, я не считаю ее началом карьеры. Я работал менеджером по внешнеэкономической деятельности. Созванивался с клиентами, общался на английском, по закупке сельхозпродукции и продаже технического спирта. Но это было не интересно. Я считаю, это потраченным впустую временем, хотя определенный опыт я получил.

— Что же ты считаешь началом своей карьеры?

— Серьезный шаг в построении моей карьеры был, конечно, Правэкс-Банк. Я случайно попал туда по совету папы, который на тот момент был заместителем ректора «Европейского университета», в который с лекцией приехал Леонид Черновецкий, в то время активно занимавшийся поиском молодых ребят-студентов на позиции директоров отделений. Я не был на этой лекции, но отец порекомендовал мне обратить внимание и дал контакт студента, который прошел эту стажировку и мог мне что-то рассказать. Я прошел собеседование и стал директором отделения.

Эти неполные два года для меня стали серьезной школой. Леонид Михайлович на конкретных примерах на совещаниях путем серьезнейшего брейншторма, давления, манипуляции научил как относиться к бизнесу, к персоналу, клиентам, как добиваться своих целей, т.е. по факту заложил основу всех необходимых руководителю качеств. Точнее, они были во мне, но надо было их достать и показать, как этим пользоваться. Я считаю, что он реальный учитель, и, несмотря на то, что он меня несправедливо уволил, я благодарен этой ситуации. Я у него почерпнул, в первую очередь, философию жизни и отношение к определенным ситуациям.

Например, что за каждую сложную жизненную ситуацию, которую ты смог решить, ты должен быть благодарен Господу Богу за то, что она возникла, потому что в следующий раз, когда она повторится, ты будешь знать, как поступить. Эта философия очень сильно помогает и сейчас. И это не единственный момент, который я почерпнул.

Александр Солоп, управляющий акционер «Арсенал Страхование»

Позже эта философия переродилась в идеологию. И далее, выстраивая свою карьеру и занимаясь бизнесом я был, конечно, пожестче, чем сейчас, поскольку сейчас я многие вещи фильтрую и даже отбрасываю как неинтересные для меня. На тот момент я выстраивал отношения, структуру, обучал людей точно так же, как обучал нас Черновецкий. Я даже вел себя как он, использовал ту же мимику, жесты. В своем роде копировал, повторял, но, разумеется, это приобретало свои очертания и ложилось на мою собственную душу.

Он подтолкнул меня заниматься «холодными» продажами, что является, в принципе, стартом создания бизнеса. Кто я был тогда — студент, ни контактов, ни связей, никто меня не приводил за руку, не знакомил с руководителями предприятий. Мне нужно было находить эти контакты, входить в доверие, выстраивать отношения. Это очень длинный и кропотливый путь, в котором я камень за камнем выкладывал свою стену, дом и т.д.

— А разочарования были?

— О, разочарований была куча. Причем самые интересные разочарования были, когда я достигал результатов. Вот бывает, что ты идешь к результату, достигаешь, а оказывается, что это не то, чего ты на самом деле хотел — иллюзия. И тут наступает пустота, небольшая депрессия, которая подстегивает, заставляет ставить планку выше, идти дальше и постоянно искать, чтобы не было этого разочарования, чтобы был всегда драйв. Потому что, как известно, если нет драйва, то наступает “тоска и грусть”.

— Ты говоришь, что Черновецкий уволил тебя несправедливо, но отзываешься о нем тепло. Если не секрет, что произошло?

— Произошла небольшая афера со стороны, на тот момент, моего близкого друга, тоже директора отделения. Он вписал меня в договор, о чем я не знал. Когда эта ситуация стала известна Черновецкому, он пригласил меня и стал задавать вопросы, на которые я не смог ответить. Несмотря на то, что виновник этой ситуации покинул страну, я был на месте, я никуда не бежал, я не видел за собой проблемы. Я жил и живу по принципу справедливости и честности, я готов всегда отвечать за свои ошибки и открыто разговаривать с глазу на глаз, я никогда не буду прятаться. Но Леонид Михайлович вникать не стал и сказал, давай прощаться, благодари Бога, что ты живым остался.

Тогда у меня произошла мощнейшая перезагрузка, я провел огромную работу над ошибками. Впервые в жизни у меня была депрессия, которую я никогда не испытывал до и после. Ты же знаешь, я всегда на позитиве и индекс моего счастья достаточно высокий.

— Это была самая большая твоя депрессия?

— Таких больше не было, дальнейшие касались уже не бизнеса и самореализации, а личных переживаний. В данной ситуации можно использовать фразу, которую я не очень люблю: "что нас не убивает, делает сильнее", но это как раз тот случай.

Я несколько месяцев занимался переосмысливанием, переоценкой, избавился от многих иллюзий, понял, что нужно бороться с тремя составляющими, которые мешают развиваться. Это, в первую очередь, стереотипы — их надо находить, определять и избавляться. Второе — это комплексы, т.е. все, что тебе мешает. Все что не комфортно, неудобно — это и есть твои комплексы (от английского complex — сложно). И третье — страхи. Нужно вести постоянную борьбу, выявлять и убивать в себе страхи.

Работа над собой, которую я веду до сих пор, легла в основу моей идеологии и всех рассуждений. Потому что философию невозможно оторвать от реалий самореализации. В общем, это меня подстегнуло. После работы в Правэксе пару лет у меня был свой бизнес, мы занимались поставками добавок к топливу, причем это был очень успешный бизнес, и я зарабатывал гораздо больше, чем в банке.

В общем когда начали поступать предложения о работе (я разбросал резюме по всем банкам и страховым компаниям), я уже не видел себя в найме. Я не понимал, зачем мне это нужно, если и так умею зарабатывать. Хотя сейчас, оценивая тот период времени, тоже считаю, что потратил впустую часть своей жизни, и можно было реализоваться гораздо интереснее, лучше и вырасти гораздо быстрее.

— А как и когда ты все-таки попал в страхование?

— Случайно. Приходит мне предложение от страховой компании. После банка страховая компания звучала для меня смешно, но, тем не менее, у меня было правило никогда не упускать возможности, потому что, когда возможность стучится в твои двери, нужно просто ее не упустить. Я всегда ходил на все собеседования, у меня никогда не было гонора, по крайней мере, я всегда его душил в себе.

Компания была известная — «ВЕСКО». Мне предложили возглавить киевское подразделение, но я отверг это предложение. Точнее сказал, что подумаю и четыре месяца не появлялся, поскольку у меня начались небольшие сложности с бизнесом, и я был занят. Активность же «Веско» повысилась, они пригласили меня на обед, а потом на ужин, на котором и уговорили. И неожиданно для меня же самого у меня начало получаться, еще даже не устроившись в компанию. Я переговоры провел с ними в ноябре, и уже в декабре сделал платежей больше, чем действующий директор филиала. Кстати, у меня все изменения в жизни происходят в ноябре.

Я уже жалею, что не пришел в страхование раньше. Это настолько оказалось “моей темой”, поскольку сам бизнес построен на выстраивании взаимоотношений с людьми. Как раз на тот момент, это 2003-2004 годы, начал активно развиваться банковский бизнес, розница, кредитование. Я активно пошел получать аккредитации для компании, это дало стимул для ее развития. Мне удалось получить аккредитацию у 15 банков, в том числе в Укрсоцбанке, и что на тот момент было практически невозможно, в Укрсиббанке. Это была какая-то фантастика. И «ВЕСКО» была на тот момент второй компанией, кроме кэптивных, которая имела аккредитации в этих банках.

Так я 8-9 лет проработал в «ВЕСКО», которая позже была продана французской группе АХА. Но работая здесь я никогда не чувствовал, что я в найме. Я всегда ощущал себя независимым бизнесменом, и у меня практически с первых дней было ощущение, что это «Моя компания». Однако я наивно рассчитывал, что ее акционер [Александр Кузнецов, украинский бизнесмен] так же считает. Для него все сложилось очень логично, позитивно. Компанию «ВЕСКО» он продал в ноябре 2007 года, и я автоматически остался работать в «АХА Страхование» (в которую была переименована «ВЕСКО» после продажи). Дошел до сбора платежей своим подразделением в 100 млн. грн. в год при курсе доллара 5 грн., т.е. $20 млн. Не все страховые компании, или мало кто из них, на тот момент столько собирал страховых премий.

Но в то же время меня не покидала мысль о создании своей компании. У меня уже был опыт по созданию СК, ко мне обращались, и я на аутсорсинге помогал в этом. Технически я понимал, как это делается, куда нужно идти, к кому обращаться, с кем договариваться. Но не хватало какой-то уверенности, хотелось подстраховаться, не ошибиться, сделать наверняка. И в первую очередь не хотелось терять время, и, конечно, деньги.

В общем, когда я почувствовал, что я готов, то начал определяться с партнерами и после ряда переговоров определил принцип необходимого партнерства. Я тогда понял, что мне не нужен “диванный” партнер (а именно таким было первое предложение). Все партнеры должны генерить бизнес и быть активными участниками процесса, особенно на этапе старта собственный капитал у меня уже был, были и партнеры на примете.

— Т.е. как говорится, ружье, висящее на стене, выстрелило в конце фильма?

— В этом случае да. Мне поступило предложение от Максима Туза войти в состав страховой компании «Арсенал Страхование», которая на тот момент испытывала сложности. Максим тоже работал в «ВЕСКО» до 2005 года и руководил Днепропетровским филиалом, а с 2005-го создал собственную компанию «Арсенал-Днепр» (сейчас «Арсенал Страхование» — Ред.). Это был 2009-й год, кризис, компания минусовала, и Максим думал над дальнейшей моделью развития компании. В общем мы удачно нашли друг друга. В 2012-м я окончательно принял решение о переходе из АХА в «Арсенал Страхование», но уже в роли акционера. В этот же период и вы подтянулись (Марина и Сергей Авдеевы, сегодня также управляющие акционеры СК «Арсенал Страхование» — Ред.). Обернувшись назад, я считаю наша синергия неплохо сработала — мы сделали мощнейший рывок, когда объединились.

Марина Авдеева, Сергей Авдеев, Максим Туз, Александр Козиный, Александр Солоп

— Я знаю, ты какое-то время объединял усилия, работая одновременно на две компании — «АХА Страхование» и «Арсенал Страхование»?

— Да. Это, можно сказать, была согласованная позиция со всеми участниками. Я передавал в «Арсенал Страхование» определённые высокодоходные программы («коробочные продукты», продаваемые через сети ритейлеров — Ред.), которые категорически не хотела брать «АХА Страхование». Я делал это абсолютно в открытую. И мне было комфортно тогда, я оставался в АХА, а Максим Туз занимался администрированием в «Арсенал Страховании». И эта модель меня устраивала полностью. АХА получала то, что ей нравилось: автоКАСКО и программы, связанные с банками, а «Арсенал Страхование» — программу, которую мы назвали «альтернативные каналы продаж».

— Как ты думаешь, почему все-таки ваши пути с АХА Страхование разошлись?

— АХА отчасти сама меня подтолкнула к этому, очень часто отказываясь от того бизнеса, который я генерировал. Я приносил интересные сделки, которые давали неплохой заработок. Как сейчас помню, я принес сделку на 1,5 млн. грн., отличную сделку, а они мне говорят: да, она высокодоходная, но это не наше (не АХА WAY). Тогда я предложил отдать его в «Арсенал Страхование», и они согласились. Я в итоге так и стал делать — приносил им ряд программ, и, если они отказывались, предавал их в другую компанию. С «Арсеналом» было удобно — у них были свои офисы, сотрудники и они занимались продажами. Мы никогда не пересекались и не конфликтовали, и так и прожили почти три года.

Переломный момент наступил летом 2012 года. «АХА Страхование» действительно к тому времени окрепла и почувствовала, что могут попытаться избавиться от сильных личностей внутри компании, потому что мы все равно свою политику продвигали, требовали к себе больше внимания и не соответствовали АХА WAY. Некоторые люди, наверное, чувствовали определенную конкуренцию, и им было удобней чтобы мы покинули компанию.

Мы более универсальные, чем те, кто остался в компании, и я думаю, что это их настораживало по отношению к нам. В общем, если бы не накалившаяся ситуация, я бы еще какое-то время поработал. Но все-равно недолго. Я никогда не смог бы долго быть в найме. Кроме того, наши два подразделения АХА (Запорожье и Киев) по-прежнему давали 50% всех платежей компании (в ВЕСКО наши три подразделения (Запорожье, Киев и Днепр) приносили 90%), и в принципе весь бизнес строился на личностях и на личных отношениях. И я понимал, что он — мой.

— Как думаешь, благодаря чему наша компания «Арсенал Страхование» выстрелила?

— Та компания, в которую мы пришли, была региональной, занимала 44-е место в рейтинге Insurance TOP. Было 8 подразделений, руководителей которых мы уволили в первые же несколько месяцев. На тот момент нам надо было срочно создавать региональную сеть, а это 26 отделений, и мы их создали буквально за месяц-полтора.

Что касается того, почему у нас получилось, ну, во-первых, мы уже были «проверены в бою», знали на что способны, были уверены, что результат будет в любом случае и имели четкий план действий. Мы ставили планку гораздо выше, знали, как надо себя вести, потому что этот путь уже прошли, и надо было просто его повторить. Плюс дополнительным стимулом было то, что теперь мы компанию строили для себя, а не для непонятных «акционеров». Кроме того, я думаю, что немаловажный фактор — везение. Правильная команда, правильная системность, стратегия и маркетинг, идеологическое выстраивание внутренних и внешних взаимоотношений и работа. Плюс мы много работали — режим, который был у меня и у всех нас — это с 8 утра и до 11 вечера.

Не было варианта, что «не выстрелит», мы-то уж знаем, что доки в этом. Я считаю, что страховой рынок Украины в принципе крайне непрофессионален. Если взять 250 компаний, существующих в Украине, то по факту работает 15-20, из которых 7-8 компаний более-менее успешны. А грамотных менеджеров всего рынка можно на пальцах пересчитать. У меня даже после банка, когда я пришел в страхование, сразу сложилось впечатление, что страховой рынок — это люди, которых набрали с улицы («дворники»), и они не умеют даже разговаривать. Наверное, поэтому на рынке труда страхование до сих пор воспринимают без должного уважения, не как работу, например, в банке.

Этот непрофессионализм рынка до сих пор позволяет неплохо работать. Однако, условия рынка поменялись. Страхование — это отражение экономики страны. Экономика сейчас сложная, к сожалению, и страхование не то, о котором мы мечтали, и хотели работать. На нашу жизнь выпала миссия работать в таких условиях и, исходя из них, мы и выстраиваем свою стратегию. Но тем не менее, любое «смутное время» — это шанс, если ты в душе предприниматель.

— Кстати, о шансе. Сейчас много говорят и пишут о смене акционеров «АХА Страхование»…

— У нас, в «АХА Страхование» и в «UNIQA», похожие модели бизнеса. По факту, эту модель построили именно мы в свое время в «ВЕСКО» ещё в 2000-м году, потом перенесли в «АХА Страхование» и сейчас используем у себя в «Арсенал Страховании». Это — модель работы с автосалонами и банками. Такого на самом деле нет ни в России, ни в Казахстане (не в одной стране СНГ). И россияне, когда приезжали, удивлялись, как мы смогли зациклить все эти потоки на себе (у них эти функции на банках). По факту это и стало драйвером того, что позволило нам вести равный диалог с банками, автосалонами и т.д.

Что касается АХА, то их модель не совсем корректна, поскольку они, используя правильные идеи, не смогли нарастить преимущество, которое у нас все-таки есть, так как это наше детище. Они перестали быть активными игроками, а сеть избалованна обслуживанием централизованных программ ЦО и потеряли в основном способность работать без кэптива. Поэтому им пришлось уйти, в принципе (если не учитывать глобальную стратегию Группы АХА на сворачивание бизнеса в Восточной Европе). Они кричат на каждом углу, что они прибыльны 10 лет, но это неправда, они были убыточными. Для этого надо уметь читать отчетность. Утверждение о прибыльности всегда было фишкой, благодаря которой украинская АХА убеждала материнскую АХА в том, что уникальная модель Украины заключается в покрытии операционных убытков за счет сверхвысокого инвестдохода (высокие депозитные ставки). Это самообман.

Это полная чушь, которая не используется ни в одной компании ни в Украине, и ни где-то в мире. И посмотрим, как поменяется этот подход в новой компании с собственником Fairfax. Они — портфельный инвестор и отделяют операционный доход от инвестдохода. Они не вникают в операционку, пока им генерируют прибыль. При этом сами же они сказали, что ориентируются на прибыль 5% от оборота, что нереально получить в Украине ни в одной компании, где собственники отделены от наемного менеджмента. Потому что при должном качестве сервиса, административных расходах, комиссионных и прочем, 5% — это космическая цифра, которую практически невозможно заработать. Это иллюзии, которые испытывают канадцы.

Сейчас ситуация, которой мы можем воспользоваться. Мы конкурируем с компанией, которая принадлежит теперь Fairfax (и скоро мы узнаем, как она будет называться после ребрендинга) на бизнес-поле автосалонов, банков, корпоративного сегмента, а также тарифами, условиями страхования, сервисом, и мы победим, поэтому их менеджменту будет комфортнее переходить к нам.

— Саша, кем ты являешься в свой компании — мотиватором, организатором, коммуникатором, вдохновителем или твои все роли сразу?

— Сложно сказать. На сегодня я занимаюсь поддержанием имиджа компании, непосредственно продажами, какими-то крупными проектами, т.е. тем, что мне нравится. Однозначно я поддерживаю внутреннюю корпоративную культуру и отношения с партнерами, что я считаю самым важным в развитии компании. Структура выстроена, она работает и находится на том этапе, когда просто в топку подбрасывай дрова и она будет работать, хотя иногда надо брать напильник и что-то подтачивать (смеется).

Я считаю, что идеальная модель нашего развития — подхватывать команды активных ребят, которые на рынке уходят от кого-то и давать им возможность зарабатывать. Тем самым можно создать самого крупного игрока на рынке, а в случае, если рынок начнет развиваться, мы сможем мультиплицировать просто в разы. Мы отказались от убыточных видов продаж, и не хотим заниматься самообманом, рассказывая себе, что работаем ради работы.

Мы понимаем, и особенно после прецедента, связанного с продажей АХА в Украине, что никакой иностранный игрок не придет и не предложит нам интересную цену за компанию, на которую мы согласимся. Нам надо работать ради прибыли, мы хотим зарабатывать, и чтобы люди с нами зарабатывали, чтобы они были счастливы, работая здесь.

— Каким образом ты придаешь себе ускорение в жизни, которое по законам физики тянет людей за тобой?

— Во-первых, я кайфую от этого. Я когда-то давно прочитал книгу, которая очень сильно перевернула мои рассуждения и мысли — это «Анти-Карнеги». Это тоненькая книжка, в которой говорится о том, что достигать цели можно не манипулируя. Там определяется тип манипуляторов, что позволило мне научиться ориентироваться среди людей, которые пытаются психологически воспользоваться мной и самостоятельно принимать решение, хочу я этого или нет. Я же в основном отказался от манипуляций.

По книге, противоположность манипулятору — это актуализатор. Я решил, что вижу себя им, поскольку он может достигать большего, чем манипулятор. Это работает и доказывает, что путь, который я прошел и по которому иду, верен, мне это помогает.

К 30 годам я пришел к выводу, что все должно быть комфортно. Если задать вопрос, как в детской книжке, что такое хорошо, а что такое плохо, то хорошо — это когда комфортно, а плохо — когда некомфортно. Соответственно, чем заниматься злом и быть не в комфорте, лучше делать только хорошее.

Я выходил из зоны комфорта, когда понимал, что застаиваюсь. Я люблю дарить людям радость. Если я занимаюсь бизнесом, то в первую очередь забочусь о партнере. Потому что я считаю, что партнерство — это забота друг о друге, в этом случае хочется с человеком работать и делиться информацией. То же самое и с клиентами. Если ты заботишься о клиенте, то рассчитываешь, что и он также будет поступать, люди это чувствуют и соответственно поступают.

— Какие три качества ты бы выделил, которые стоит у себя развивать начинающим работать ребятам, чтобы добиться таких же результатов как добились в свое время мы?

— Первое: нужно любить зарабатывать деньги. Второе: полюбить клиентов и партнеров. Третье: работать, активничать, но при этом работа не должна быть выведена за пределы жизни. Если есть эти составляющие, то однозначно человек обречен на успех. Даже если он будет совершать по тысяче ошибок в день, все равно пусть одну, но правильную вещь он будет делать, и это будет шаг вперед. Если совсем не получается - приди к умным людям и попроси совет.

Для меня важен результат, но я не готов идти на все ради него. Результат — это цель, но не самоцель, поэтому однозначно все должно быть в балансе. Нельзя перегибать.

— Ты увлекаешься современной украинской живописью, что это для тебя — инвестиции, культурный код, хобби или вдохновение?

— Мне ближе слово хобби. Моя супруга Александра давно этим увлекается, и много знает, но я в этом плане, наверное, дилетант, хотя и это будет комплимент, мне просто это интересно. Началось это после того как я решил, что на стенах должны быть картины, вызывающие эмоции. Классика меня не интересует, я люблю концептуальные вещи — я не хочу смотреть на яблоко и думать, что это яблоко. Я хочу смотреть на картину, которая в разные время суток и настроение могла вызывать разные эмоции, и ощущения. Мне интересно смотреть на необычные вещи с идеей и находить каждый раз что-то новое, и это заводит. Почему хобби? Потому что я не думаю об этом каждую минуту, но эта идея мне интересна. Если кто-то захочет на эту тему со мной поговорить, с удовольствием поделюсь своими соображениями и с удовольствием приобрету картины. Что же касается удовольствий, то я получаю удовольствие от каких-то текущих событий — например, от спорта.

— Кстати, о спорте — ты в отличной физической форме, какой у тебя спортивный график?

— Я занимаюсь спортом три раза в неделю — по понедельникам, средам и пятницам. В спорте я с девяти лет, но по-настоящему попал в спорт в 28 лет. Хороший друг предложил заняться боксом. Я понял, что бокс — это мое, и пожалел, что не занимался им с детства. Мне не нужны соревнования, но ту физическую подготовку, которую он дает, и этот космический выброс энергии, перезагрузку я очень ценю. Особенно это помогает, когда одолевают какие-то рабочие мысли. Можешь прийти постоять в парах, или у мешка и выходишь обновленным человеком, плюс получаешь хорошую физическую форму. Спорт обожаю, считаю, что без него жить невозможно, наверное, занимался бы каждый день, но тренер не рекомендует.

— Если бы так сложилось, что тебе предстояло бы провести остаток своей жизни на необитаемом острове и тебе разрешено было бы взять три вещи, какие бы это были вещи?

— Я бы взял что-то практичное, например, инструменты, чтобы построить дом и обустроить все вокруг, книги и что-то для спорта, можно мешок для бокса.

— И последний вопрос: ты молод, за твоими плечами отличный бэк-граунд в виде опыта, блестящей карьеры, контактов. Что дальше, каков твой взгляд на будущее?

— Останавливаться не буду, мне тогда становится скучно и грустно. Будем расширяться, масштабировать, в любом случае бизнес — это моя жизнь, и я не говорю о нем как об отдельной истории, я этим живу, мне это нравится. Я этому уделяю две трети моего времени, а оставшуюся часть — семье. Я люблю бизнес, люблю входить в новые проекты.

В данный момент я пытаюсь найти модель, позволяющую без моего оперативного вмешательства развиваться бизнесу не меньшими темпами, чем при моем личном присутствии. Я хочу создать структуру, которая саморегулируется и может спокойно не только работать без меня, но при этом ещё и расти. Я строю бизнес, как правило, не один, и в партнеры беру единомышленников, которым могу слепо доверять.

Я искренне и сильно верю, что Украина «выстрелит», и когда это произойдет, мы будем «стрелять из крупнокалиберного пулемета», потому что у нас очень хороший базис, хороший инструментарий, хорошая команда, у нас понятные клиенты и превосходный имидж, к которому мы щепетильно относимся. Поэтому я жду наше лучшее время. Оно обязательно наступит.

Марина Авдеева

Беседу вела Марина Авдеева,
управляющий акционер «Арсенал Страхование»





ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ